Наличие и определенность коллизионных норм о представительстве обеспечивают предсказуемость правового регулирования этих отношений, содержащих в своем составе иностранный элемент. В связи с этим приобретают актуальность исследования, посвященные проблемам национального и унифицированного коллизионного регулирования представительства. Настоящая статья посвящена вопросам коллизионного регулирования представительства в России, которое содержится в ст. 12171 Гражданского кодекса Российской Федерации и является новеллой отечественного законодательства, действующей с 1 ноября 2013 г. Анализируются (в том числе с привлечением сравнительно-правового метода исследования) коллизионные нормы ГК РФ, регулирующие внутренние (между представителем и представляемым) и внешние отношения представительства (между представляемым или представителем и третьим лицом). Автор делает вывод о предсказуемости, сбалансированности и гибкости коллизионных норм российского права о представительстве, которые в целом соответствуют регулированию, закрепленному в Гаагской конвенции 1978 г. о праве, применимом к договорам с посредниками и к представительству, и во многих зарубежных правопорядках. Предлагается дальнейшее совершенствование российского коллизионного регулирования отношений представительства, в частности: наделение представителя и третьего лица возможностью выбора права, подлежащего применению к внешним отношениям представительства; определение момента, на который представитель проживает либо осуществляет свою основную деятельность, если представляемый не выбрал право, подлежащее применению к внешним отношениям представительства.