Исследования рисков энергобезопасности постоянно остаются в фокусе внимания Европейской комиссии (ЕК) ввиду высокой зависимости ЕС от внешних поставок, которая сохраняется для импорта нефти на уровне 87–88% (см.: [17; 20; 23; 24; 25]). Используемая методика оценки рисков импортной зависимости стран ЕС включает такие индикаторы, как спрос на энергию и ее удельный вес в ВВП; количество источников поставки и внутренний потенциал для производства сырой нефти и нефтепродуктов; риски перебоев с поставками; наличие инфраструктуры и географические факторы, позволяющие переключаться на другие виды энергии в случае возникновения дефицита [16, с. 17]. Не менее важным направлением является совершенствование методик и механизмов поддержания стратегических запасов нефти [21].В последние годы эксперты ЕС отмечают повышение рисков энергобезопасности ввиду того, что источники импорта сместились в сторону более геополитически нестабильных регионов, к которым относят страны Северной Африки, Россию, Ближний Восток. По оценкам Всемирного банка, в 2016 г. они имели наиболее высокий уровень риска в диапазоне 6-7 баллов, тогда как страна с наименьшим показателем, Норвегия, чуть более 2 баллов [16, с. 18].Наиболее подвержены рискам безопасности страны, имеющие единственный источник трубопроводных поставок [24]. К ним относятся Словакия, Венгрия и Чехия с индексом более 4 баллов, на 100% зависящих от экспорта нефти из России. Напротив, многие страны, например, Бельгия, Болгария, Дания, Германия, располагающие крупными морскими портами, способны переключиться на других поставщиков в случае возникновения сбоев (см. также: [2; 3; 4; 5; 6; 7; 8; 12; 13; 14]). При этом в 18 странах ЕС вся импортируемая нефть поставляется морским путем. Среди них Великобритания и Дания имеют наименьшие риски, что обеспечивается также наличием собственных производственных мощностей [16, с. 20].Крупнейшими покупателями российской нефти являются Германия, Нидерланды, Польша и Бельгия, на которые приходится 4,8; 4,5; 3,7 и 2,9% импортируемой Евросоюзом нефти из РФ соответственно (рассчитано автором по: [22]). Среди всех членов ЕС Польша и Германия имеют минимальную долю нефти в импортной корзине, транспортируемую по морю – около 40 и 30% соответственно, что обусловливает средний индекс геополитического риска в этих странах на уровне 3 и 2 баллов соответственно [16,  с.  20-21].В целях изучения изменения зависимости этих стран от внешних поставок с точки зрения уровня диверсификации поставщиков нами было проведено исследование на основе расчета индекса концентрации Херфиндаля-Хиршмана по данным 2013 и 2017 г. Индекс рассчитывался по данным шести стран - крупнейших внешних поставщиков ЕС. Далее проводилось сравнение с аналогичными показателями 2005 г., полученными Эдвардом Кристи (Edward Christie, 2007) [17, с. 16].Как показали расчеты, максимальный индекс концентрации в 2017 г. имеет Польша – 0,929, далее по убыванию - Бельгия (0,292), Нидерланды (0,259) и Германия (0,184)[1]. Сравнение полученных данных 2017 г. с аналогичными показателями 2013 г. позволяет сделать два основных вывода. Во-первых, процесс диверсификации в группе этих стран имел разнонаправленную динамику: в Польше и Германии индекс Херфиндаля-Хиршмана снизился, соответственно на 0,287 и 0,013 пункта, что свидетельствует об усилении уровня диверсификации рынка, тогда как в Бельгии и Нидерландах вырос на 0,035 и 0,069 соответственно, что говорит о его снижении. Причины таких результатов следующие. Так, в Польше существенно увеличилось количество поставщиков: кроме России, Норвегии и Казахстана (поставки крайне малы) на польский рынок начали экспортировать нефть в значительных объемах Ирак, Иран и США. В Германии объемы поставляемой нефти стали распределяться более равномерно среди шести крупнейших экспортеров, и их доля в общем импорте несколько уменьшилась. В Бельгии и Нидерландах возросла доля России – почти на 10%. По сравнению с результатами, полученными Эдвардом Кристи, уровень концентрации импорта в Германии и Бельгии в 2017 г. стал существенно ниже, чем в 2005 г., тогда как в Нидерландах повысился. На всех страновых рынках РФ сохранила доминирующее положение - с долей 79,9% в Польше, 48,4% в Бельгии, 45,9% в Нидерландах и 37,4% в Германии от всего объема нефтяного импорта (рассчитано по: [18; 22]). Диверсификация поставщиков нефти особенно важны для Германии и Польши, так как именно эти две страны среди изучаемой группы имеют наибольшие риски, связанные с невысокой долей нефти, поставляемой морем и, как следствие, меньшей гибкостью при смене поставщиков в непредвиденных обстоятельствах. По данным ЕС, в 2016 г. все четыре страны сохраняли высокую зависимость от импорта нефти: Польша – 99,7%, Германия – 98,9%, Бельгия – 96,7% и Нидерланды – 94,5% [18]. По сравнению с аналогичными показателями 2010 г. о сколько-нибудь существенном ее снижении можно говорить лишь в отношении Нидерландов (с 98,4%), но исключая 2015 г., когда этот показатель вырос до 100,5%.Таким образом, изучение процесса диверсификации внешних поставок нефти в четырех странах ЕС позволяет сделать вывод о том, что в 2013–2017 гг. только две страны – Германия и Польша – смогли диверсифицировать импорт нефти, при этом нефтяная зависимость всех стран этой группы от России как доминирующего поставщика сохраняется на очень высоком уровне.   [1] Прим.  Полученный результат подтверждается также расчетом доли двух крупнейших поставщиков нефти на рынки этих стран. Так, максимальный объем импорта нефти в Польше приходится на Россию и Ирак – 84,4%, в Бельгии – Россию и Саудовскую Аравию (68,8%), в Нидерландах – Россию и Ирак (62,2%), в Германии – Россию и Норвегию (50,8%). Рассчитано по [22].