Справедливы слова благодарности и уважения, сказанные в адрес благороднейшей и древнейшей профессии – учитель. В этой связи хочется вспомнить профессора В. Рейна, сказавшего: «Судьба народа, его благополучие, расцвет и упадок находится в глубочайшей зависимости от воспитания».  Закономерно признание того, что проблемы обучения и воспитания и сегодня остаются актуальными, решение которых предполагает признание значимости учителя. К сожалению, история образования не помнит ни одного случая, когда общество полностью было бы довольно качеством школьного образования, успехами учителей, воспитателей. При этом отметим согласие с мнением о том, что сам учитель во все времена оставался социально не защищенным, его жизненные вопросы не находили должного понимания, поддержки. Обратимся к анализу опыта подготовки педагогических кадров в Абхазии. С учетом сложности и многоаспектности такой аналитической работы остановимся на главном: на развитии национальной школы и ее базовом основании – жизнеспособности абхазского языка. Известно, что абхазы принадлежат к младописьменным народам, для которых первый алфавит на славянской графической основе составлен в 1862 г. известным кавказоведом, генералом царской армии П.К. Усларом. Первая школа в республике была открыта в 1851 г. Таким образом, школа и письменность появились почти одновременно и развивались синхронно.В 1865 г. появляется и первый абхазский букварь, составленный комиссией под руководством другого царского генерала – И.А. Бартоломея. Следует особо выделить неоценимую роль Сухумской горской школы (открыта в 1863 г.) в воспитании дореволюционной абхазской интеллигенции. Затем открывались и другие школы в селах Абхазии. Однако об обучении абхазскому языку в них и подготовке соответствующих учительских кадров в 60-х годах XIX в. не могло быть и речи. Как отмечает видный абхазский ученый, профессор Б.Г. Тарба, введение абхазского языка в школы стало возможным лишь в 70-х годах  XIX в. Интересно мнение Б.Г. Тарба об этом событии: «Чтобы противостоять массовым протестам против грубого насилия, с одной стороны, укрепить корни христианства в народе, с другой стороны, добиться усвоения православия на родном языке, с этой целью было разрешено вести первоначальное обучение на родном языке» [7, С. 18].  Однако в эти годы абхазский язык был необязательным школьным предметом. Абхазский язык изучался только  в тех городских и сельских школах, где имелись священнослужители-абхазы, готовые добровольно вести обучение родной грамоте и «Закону Божьему» на патриотических началах, без оплаты их педагогического труда. Так было до установления советской власти  в республике (4 марта 1921 г.). С этого времени отношение к родному языку резко изменилось. Итак, именно в первые дни советского времени ЦИК и Ревком республики принимают ряд важнейших совместных решений в целях преодоления имевшихся недостатков в области народного образования. Например, было принято решение: осуществить к концу 1931–1932 учебного года перевод учащихся начальных классов на родной язык обучения. Одновременно открывается и педагогическое училище, цель которого – подготовка абхазских педагогических кадров для начальных школ.Однако после 30-х годов XX в. отношение власти Грузии к абхазской национальности резко изменилось в худшую сторону. Начался процесс переориентации всех имевшихся тогда в республике национальных школ: абхазских, армянских, греческих, эстонских – на грузинский язык обучения.Об этом  грузинский ученый Нарсия В.И. написал: «В 1945 году на всей территории Абхазии были закрыты все национальные школы, и обучение велось на грузинском языке. Дети абхазов, армян, греков и других национальностей, обучавшиеся в школах на родном языке, были переведены на грузинский язык обучения» [6, С. 93]. В результате такого грубого нарушения системы народного образования успеваемость учащихся начальных школ в 1945–46 гг. составила 66,1%, а в 5–8 классах – всего 48,9%. Об этом времени пишет и Дудко А.П.: «С осени 1945 года, в силу известных причин абхазское педагогическое училище на много лет прекратило свое существование, так как абхазские школы были переведены на грузинский язык обучения, абхазское педагогическое училище потеряло свое значение и оказалось ненужным» [2, С. 119]. Еще один досадный факт. Сухумский педагогический институт, функционировавший с 1932 г., в течение 20-ти лет, т.е. до 1953–54 учебного года, вплоть до восстановления абхазских школ не подготовил ни одного учителя абхазского языка.  Именно в 1932 г. в пединституте был открыт филологический факультет (абхазский сектор). Одновременно было восстановлено и абхазское педагогическое училище, на базе которого с 1957 г. стал функционировать педагогический факультет, сыгравший значительную роль в истории подготовки учительских кадров для начальных абхазских школ. С этого периода по настоящее время в школах с абхазским контингентом функционируют начальные классы, где все предметы преподаются на родном языке. В Сухуме открыт Научно-исследовательский институт педагогики, который вместе с преподавателями Абхазского государственного университета и Абхазского института гуманитарных исследований занимается проблемой обеспечения учителей учебной, методической, научной литературой. В  90-е годы 20 в. на факультете читали лекции один доктор наук, профессор и два-три кандидата наук. Сегодня, во втором десятилетии 21 в., здесь лекции читают пять докторов, одиннадцать кандидатов наук. В университете организованы специализированные диссертационные советы по защите кандидатских и докторских диссертаций по специальностям психолого-педагогического направления. Однако при этом  качество подготовки сегодняшних выпускников, например, педагогического факультета, значительно уступает качеству подготовки учителей, закончивших ВУЗ  в советское время. В чем же причина? Назовем несколько. Во-первых, в последние годы число желающих получить профессию учителя снижается. Порою количество абитуриентов, подающих заявление, меньше планируемого плана приема. Причем в основном абитуриенты приходят из сельских школ, где подготовка гораздо ниже городских. Беспокоит и то, что по завершении обучения многие студенты, приехавшие из села, не возвращаются в сельские школы. Дело в том, что мы их направляем в те сельские школы, где имеются вакантные места учителя. А там, к сожалению, нет нормальных условий. Зарплаты их настолько мизерны, что молодому специалисту едва хватает на оплату снимаемого жилья, не имеющего соответствующих удобств. Во-вторых, в целях преодоления кризисного положения школ Абхазии, особенно сельских, по инициативе и под руководством экс-министра образования Республики Абхазия Гварамия А.А. (одновременно и ректора Абхазского государственного университета) в 2004 г. была разработана специальная Программа «Сельский учитель». В Программе подчеркивалась необходимость изменения социокультурных и педагогических условий жизни и профессиональной деятельности сельских учителей, т.к. в сложившихся условиях педагог села не может на достаточно качественном уровне выполнять свои профессиональные обязанности, что, в свою очередь, отрицательно отражается на уровне и качестве обучения детей.Общеобразовательные учреждения, расположенные в сельской местности, не могут дать обучающимся качественное образование – это значительно снижает конкурентоспособность сельских учащихся при поступлении в учреждения профессионального и высшего образования. В Программе указаны необходимые конкретные мероприятия со сроками их исполнения. Этот документ огромного государственного значения без особого изменения был принят Кабинетом Министров Республики Абхазия 26 августа 2004 г.  Однако, к сожалению, в силу известного экономического положения Республики План мероприятий по реализации Программы не выполняется. И сегодня сохраняется острая необходимость вернуться к данной Программе Кабинета Министров. В-третьих, в Абхазском государственном университете большое внимание уделяется целевой подготовке учителей как для сельских, так и для городских школ. Осуществляется целевой прием абитуриентов, рекомендованных городскими и районными отделами образования для обучения за счет средств государственного бюджета. Однако соответствующие образовательные учреждения к подготовке своих учащихся в училища и ВУЗы относятся недостаточно серьезно. Порою в университет направляются настолько неподготовленные учащиеся, что те либо не выдерживают вступительные экзамены, либо отчисляются за неуспеваемость. На наш взгляд, необходимо продолжить целевую подготовку учителей, но при обязательном требовании усиления ответственности соответствующих образовательных учреждений за качество подготовки школьников, поступающих в высшее учебное заведение. В-четвертых, на наш взгляд, система повышения квалификации учителей должна быть оптимизирована. Представляется важным укрепление связи вуз – школа, выявление лучших практик использования учителями интерактивных методов обучения, эффективных форм взаимодействия семьи и школы, сотрудничества ученых, учителей – практиков, студентов в целях поддержки современных тенденций их включения в современную творческую деятельность – научно- исследовательскую, опытно-экспериментальную.