Статья посвящена вопросам регулирования предвыборной агитации как основного легального средства достижения цели избрания претендентов на выборные должности. Многоплановость предвыборной агитации, призванной не только обеспечить гласность избирательного процесса, но и соблюсти равенство прав его участников, является причиной того, что в механизме выборов именно институт агитации наиболее ярко демонстрирует взаимодействие публично- и частноправовых элементов с присущими им специфическими методами нормативно-правового регулирования общественных отношений. Автор анализирует изменения федерального законодательства, связанные с запретом использования изображений и ограничением режима использования высказываний физических лиц. Детальное рассмотрение изменившихся нормативных требований не позволяет дать им однозначную оценку. Наличие таких категорий, как «неопределенный круг лиц» и «основной объект использования», не имеющих четких законодательных определений и носящих ярко выраженный оценочный характер, оставляет открытыми вопросы толкования соответствующих норм. Исследуется правоприменительная практика избирательных комиссий и органов суда по оценке агитационных материалов. Требования по допустимым вариантам использования изображений кандидатов применимы ко всем формам агитационной деятельности: не только к печатным, но и к аудиовизуальным материалам, содержащим изображения кандидатов, в том числе размещаемым в средствах массовой информации и в Интернете, а также к иным материалам больших форматов (баннерам, сити-бордам и др.). В целях защиты избирательной системы от возможного деструктивного воздействия государство устанавливает меры в виде жесткого регулирования частноправовых элементов предвыборной агитации, чем нивелируется сущностная основа выборов как конфликта между кандидатами (избирательными объединениями), истоки которого заложены в самой природе конкурентного избирательного процесса. Тем самым объективно повышается значение публично-правового регулирования в системе правоотношений, связанных с реализацией субъективных избирательных прав.
Статья посвящена вопросам регулирования предвыборной агитации как основного легального средства достижения цели избрания претендентов на выборные должности. Многоплановость предвыборной агитации, призванной не только обеспечить гласность избирательного процесса, но и соблюсти равенство прав его участников, является причиной того, что в механизме выборов именно институт агитации наиболее ярко демонстрирует взаимодействие публично- и частноправовых элементов с присущими им специфическими методами нормативно-правового регулирования общественных отношений. Автор анализирует изменения федерального законодательства, связанные с запретом использования изображений и ограничением режима использования высказываний физических лиц. Детальное рассмотрение изменившихся нормативных требований не позволяет дать им однозначную оценку. Наличие таких категорий, как «неопределенный круг лиц» и «основной объект использования», не имеющих четких законодательных определений и носящих ярко выраженный оценочный характер, оставляет открытыми вопросы толкования соответствующих норм. Исследуется правоприменительная практика избирательных комиссий и органов суда по оценке агитационных материалов. Требования по допустимым вариантам использования изображений кандидатов применимы ко всем формам агитационной деятельности: не только к печатным, но и к аудиовизуальным материалам, содержащим изображения кандидатов, в том числе размещаемым в средствах массовой информации и в Интернете, а также к иным материалам больших форматов (баннерам, сити-бордам и др.). В целях защиты избирательной системы от возможного деструктивного воздействия государство устанавливает меры в виде жесткого регулирования частноправовых элементов предвыборной агитации, чем нивелируется сущностная основа выборов как конфликта между кандидатами (избирательными объединениями), истоки которого заложены в самой природе конкурентного избирательного процесса. Тем самым объективно повышается значение публично-правового регулирования в системе правоотношений, связанных с реализацией субъективных избирательных прав.
No data