ВведениеПроблемы глобального мирового экономического кризиса, начавшегося в 2020-м году, хотя и смикшированные влиянием пандемии COVID-19, на самом деле обнажили глубокие проблемы как в реальном, так и в финансовом секторе экономики [9]. В этой связи представляет интерес исследование макроэкономических тенденций макроэкономического развития, определяющие векторы динамики развития банковского сектора как составляющей финансовой системы в целом, и векторы динамики развития коммерческих банков как элементов развития банковского сектора.Цель исследования Целью представленной работы является исследование современных тенденций макроэкономического развития с точки зрения их влияния на определение направлений развития банковского сектора как системы в целом и коммерческих банков как элементов этой системы (с учетом обеспечения надежности функционирования последних), в частности. Методическая база исследований Методическую базу представленных исследований составили работы, посвященные изучению тенденций макроэкономического развития, определяющих направления и динамики развития банковского сектора таких авторов, как Анойкина Л.А. [3], Борисова Е.Р. [5], Голайдо И.М., Сухорукова Н.В., Цвырко А.А. [6], Доронкин М., Лопатин Е. [7], Кожекина Л., Коршунов Р., Сараев А. [11], Лейбов В. [14], Лейзин И.Б., Неуструева А.С., Пак В.В. [15], Сенин А. [27], Таштамиров М.Р. [29] и др.Методическую базу исследований также составили материалы Банка России [4,10], Ассоциации банков России [1], Национального рейтингового агентства (НРА) [21], РИА Рейтинг [36], Финам [33], Webeconomy [16] и других структур.Представленные исследования явились продолжением авторских наработок, получивших отражение в трудах [23, 24].Основное содержание исследований Отправной точкой представленного исследования явился анализ тенденций макроэкономического развития 2020 г., определявших в этот период векторы динамики развития банковского сектора как системы и коммерческих банков как элементов этой системы, результаты которого представлены на рис. 1.Проведенные исследования ожидаемых в 2021 г. тенденций макроэкономического развития показали следующее.Во-первых, мировой экономический кризис, начавшийся в I квартале 2020 г., и стремительно развивавшийся в связи с эпидемиологической ситуацией, обусловленной интенсивным распространением вирусной инфекции COVID-19, в условиях повышенных и чрезвычайных мер обеспечения безопасности населения сопровождался мерами административной и финансовой поддержки национальных экономик [21]. При этом меры финансовой поддержки национальных экономик далеко не всегда сопровождались адекватным их обеспечением материальными активами. Иными словами, развивающийся глобальный мировой экономический кризис одновременно усиливал остроту кризиса в финансовом секторе экономике, обусловленную растущей массой не обеспеченных финансовых активов [31]. Указанное обстоятельство негативно сказалось на развитии банковского сектора экономики в целом.Во-вторых, текущий глобальный экономический кризис, начавшийся в 2020-м году, и обусловленный закономерной сменой технологических укладов [8], принесет для национальной экономики несоизмеримо большие убытки, чем мировой экономический кризис финансовой природы 2008−2009 гг. [13] и кризис 2014−2015 гг., обусловленный введением Западом санкций против России (в первую очередь, экономических) [2]. В этих условиях и вся национальная экономика в целом и ее банковский сектор столкнулись с несоизмеримо более масштабными вызовами, чем при предыдущих кризисах.   В-третьих, осложнение текущего глобального мирового экономического кризиса пандемией COVID-19 привело к существенной трансформации процессов управления экономикой [18], включая фискальную и монетарную поддержку национальных экономик [22]. И, несмотря на то, что Россия не входит в число стран лидеров по объемам государственной поддержки национальной экономики в период борьбы коронавирусной инфекции ни в абсолютном выражении (рис. 1), ни в относительном, в % от ВВП (рис. 2), все равно возникает вопрос о поиске источников покрытия этих финансовых расходов, что также негативно сказалось на развитии банковского сектора. В-четвертых, следует отметить присущие текущему глобальному мировому экономическому кризису масштабные (рекордные за последние десятилетия) спады объемов предложения и спроса, уровня покупательной способности населения, а также роста безработицы.Значимым фактором падения мировых производственных объемов производства явилось резкое падение спроса на энергоресурсы, проявившееся в падении цен на нефть с начала марта 2020-го года [30]. Во многом это было связано с тем, что, например, в мировой фабрике производства продукции – Китае − индекс закупок в промышленности в марте 2020 г. продемонстрировал минимум за последние 16 лет (с 2004 г.). Существенное снижение мобильности населения в период пандемии COVID-19 привело не только к разрушениям многих цепочек предложения товаров и услуг, но и к существенному сокращению спроса во многих сферах экономики. Как следствие, произошел рост безработицы. Так, в США в 2020 г. количество заявок на пособия по безработице достигло своего исторического максимума и составило 3 млн 283 тыс. чел. [21]. В России с начала пандемии коронавируса COVID-19 число зарегистрированных безработных выросло на 1,3 млн чел. и достигло почти 5 млн чел. или 6,4% против 4,7% в допандемийный период [26].Указанная тенденция также сказалась на деятельности банковского сектора. Так, например, памятуя о кризисе ликвидности на рынке недвижимости США как первопричине мирового финансового кризиса 2008−2009 гг. [12], глава Центробанка России Э. Набиуллина призвала «своевременно свернуть» программу льготного ипотечного кредитования в стране [19], поскольку «наращивание задолженности в этом сегменте без соответствующего роста доходов может увеличить долговую нагрузку населения и, как следствие, снизить качество ипотечных портфелей» [20].  Как заявила по этому поводу первый зампред Центробанка России К. Юдаева: «мы, безусловно, сможем вводить дополнительные ограничения для банков в этом сегменте», если:− «увидим пузырь на рынке ипотеки по любым причинам»; − «увидим высокую закредитованность заемщиков»;− увидим «повышенные риски на этом рынке» [20].В-пятых, ключевое значение для функционирования банковского сектора в целом и коммерческих банков, в частности, имеет тенденция макроэкономического развития, связанная со значительным влиянием большого числа факторов неопределенности, недостаточная изученность которых как по отдельности, так и в совокупности, что существенно затрудняет прогнозирование процессов социально-экономического развития [28]. При этом главная проблема связана с оценкой масштабов «подводной части айсберга» накопившихся проблем, определяющих глубину и продолжительность экономического кризиса [31], включая группы факторов, обусловленные:− системной сменой технологических укладов;− прогнозируемым профилем восстановлением экономики при ее выходе из кризиса;− динамикой мирового энергетического рынка и тенденциями его развития (начиная от восстановления нефтяного рынка, и заканчивая практически полной его заменой альтернативными источниками энергии);− ожидаемым количеством и силой волн пандемии COVID-19 и ее производных;− волатильностью мирового финансового рынка (включая тенденцию перехода на цифровые деньги);− и т.д.Совокупность указанных неопределенностей существенно осложняет стратегическое управление банковского сектора, а с учетом инерционности процессов регулирования деятельности банков, осуществляемых ЦБ, и стратегическое управление коммерческими банками. В-шестых, обращает на себя внимание ожидаемая тенденция затяжного (гораздо более длительного, чем в других странах) восстановления российской экономики [32]. При этом быстрые темпы восстановления экономики, которые демонстрирует Китай, который первый пострадал от COVID-19, но первым с ним и справился, формирует позитивный сигнал развития экономики для передовых стран мира, не должен вводить в заблуждение отечественных специалистов.Рассчитанная на базе оценок скорости восстановления основных отраслей российской экономики, выполненных Рейтинговым агентством «Национальные кредитные рейтинги» (НКР) [35], оценка сравнительной конкурентоспособности ведущих (формирующих более 55% ВВП) отраслей российской экономики с учетом их принадлежности к тем или иным технологическим укладам (табл. 1).Таблица 1Оценка сравнительной конкурентоспособности отраслей российской экономики с учетом их принадлежности к тем или иным технологическим укладам [32]№ Принадлежность к группе отраслей, выделяемых НКРДоля группы отраслей в структуре ВВП страны  Ожидаемые сроки восстановления к докризисному уровню 2019 г.Отрасль экономикиПринадлежность к ядру технологического уклада (ТУ) Нормированная оценка перспектив развития отрасли1Улитки >5%Более 5-ти лет Машиностроение 4ТУ0,122Добыча угля 2 ТУ0,043Воздушные перевозки--4Коммерческая недвижимость--5Зубры ~22%От 3-х до 5-ти лет Добыча нефти и газа4ТУ0,246Транспорт--7Строительство жилья--8Черная металлургия3ТУ0,169Непродовольственная розничная торговля--10Производство минеральных удобрений4ТУ0,2411Барсуки~17%От 2-х до 3-х летЭлектроэнергетика4ТУ0,3612Инфраструктурное строительство--13Производство строительных материалов--14Оптовая торговля--15Производство кокса и нефтепродуктов4ТУ0,3616Лошади >6%Сохранены положительные темпы роста Продовольственная розница--17Добыча металлических руд3ТУ0,3218Цветная металлургия3ТУ0,3219Телекоммуникации5ТУ0,6420Леопарды ~5% Продемонстрировали «взрывной» рост Сельское хозяйство--21  Пищевая промышленность--22  Фармацевтическая промышленность5ТУ0,8024  Производство резиновых и пластмассовых изделий4ТУ0,60 Как следует из табл. 1, большинство отраслей, формирующих национальную экономику, имеют относительно низкие перспективы развития, что затрудняет совершенствование их деятельности даже при поддержке банковского сектора.Обсуждение результатов и выводы Таким образом, проведенные исследования ожидаемых в 2021 г. тенденций макроэкономического развития, определяющие векторы динамики развития банковского сектора как системы и коммерческих банков как элементов этой системы, показали следующее.Во-первых, в связи с эпидемиологической ситуацией, обусловленной интенсивным распространением вирусной инфекции COVID-19, меры финансовой поддержки национальных экономик далеко не всегда сопровождались адекватным их обеспечением материальными активами, усиливал остроту кризиса в финансовом секторе экономики, обусловленную растущей массой не обеспеченных финансовых активов, что негативно сказалось на развитии банковского сектора экономики в целом.Во-вторых, текущий глобальный экономический кризис принесет для национальной экономики несоизмеримо большие убытки, чем мировой экономический кризис финансовой природы 2008−2009 гг. и кризис 2014−2015 гг., в связи с чем, и вся национальная экономика в целом и ее банковский сектор столкнулись с несоизмеримо более масштабными вызовами, чем при предыдущих кризисах.   В-третьих, осложнение текущего глобального мирового экономического кризиса пандемией COVID-19 привело к существенной трансформации процессов управления экономикой, включая фискальную и монетарную поддержку национальных экономик, обостряя вопрос о поиске источников покрытия этих финансовых расходов, что также негативно сказалось на развитии банковского сектора. В-четвертых, следует отметить присущие текущему глобальному мировому экономическому кризису масштабные (рекордные за последние десятилетия) спады объемов предложения и спроса, уровня покупательной способности населения, а также роста безработицы. Указанная тенденция также сказалась на деятельности банковского сектора. Так, например, глава Центробанка России Э. Набиуллина призвала «своевременно свернуть» программу льготного ипотечного кредитования в стране, поскольку наращивание задолженности в этом сегменте без соответствующего роста доходов может увеличить долговую нагрузку населения и снизить качество ипотечных портфелей.  В-пятых, ключевое значение для функционирования банковского сектора в целом и коммерческих банков, в частности, имеет тенденция макроэкономического развития, связанная со значительным влиянием большого числа факторов неопределенности, недостаточная изученность которых как по отдельности, так и в совокупности, что существенно затрудняет прогнозирование процессов социально-экономического развития. Совокупность указанных неопределенностей существенно осложняет стратегическое управление банковского сектора, а с учетом инерционности процессов регулирования деятельности банков, осуществляемых ЦБ, и стратегическое управление коммерческими банками. В-шестых, обращает на себя внимание ожидаемая тенденция затяжного (гораздо более длительного, чем в других странах) восстановления российской экономики. Согласно известным исследованиям, большинство отраслей, формирующих национальную экономику, имеют относительно низкие перспективы развития, что затрудняет совершенствование их деятельности даже при поддержке банковского сектора.В сложившихся кризисных условиях коммерческие банки для обеспечения надежности своего функционирования стремятся не только к технологической трансформации бизнеса (см. рис. 1), но и к поиску новых продуктов. Но регулятор в интересах обеспечения надежности взаимодействия в звене «банк-клиент» настоятельно не рекомендует банкам предлагать сложные продукты населению [34]. Учитывая объективно сложившиеся кризисные условия в экономике, характеризуемые для банковского сектора рассмотренными тенденциями макроэкономического развития, представляется целесообразным разработать алгоритм формирования рациональной модели обеспечения надежности функционирования коммерческих банков в условиях макроэкономической нестабильности.