История создания учебной книги — вопрос, который в той или иной степени в разные времена поднимали многие исследователи. Исследовать исторические корни школьных учебников — значит изучать, как в прошлом с помощью учебников решались те или иные социально-культурные задачи развития общества на разных его исторических этапах, осуществлялись новые планы в системе образования. Мы в этой статье попытаемся показать не просто историю развития учебника, а проследить, как менялись требования к учебнику и критериям его оценки. Изобретение Иоганном Гутенбергом, немецким первопечатником, в середине XV в. печатного станка сделало возможным тиражировать знания и опыт деятельности, сделать их достоянием большого числа людей. Недаром изобретение печатного станка считается началом второй (после возникновения письменности) информационной революции. Это имело огромное значение для развития науки и образования, создало предпосылки для открытия школ, университетов и других учебных заведений. Можно сказать, что с этого времени началась пора учебного книгоиздания, пора распространения грамотности. Первое время своего развития книгоиздание было связано в основном с религиозной литературой. Однако среди этих книг были и учебные издания. Первой книгой, изданной в России первопечатником Иваном Федоровым в 1564 г., был «Апостол». В 1574 г. Иван Федоров выпустил свой «Букварь». В послесловии он характеризует эту книгу как «от грамматики и мало нечто, ради скорого младенческого научения». За ней пошли и другие печатные буквари и грамматики. В XVII в. так называемая учебная литература не только растет количественно, но и изменяется качественно. На страницах учебных книг увеличивается число текстов для чтения. Книга оформляется буквицами, заставками, концовками, орнаментом, гравюрами. Надо сказать, что букварь Кариона Истомина освобождается от своего традиционного спутника — набора религиозных текстов. Листы букваря украшены изображениями людей, животных и растений, предметов труда и быта. Учебник знакомил читателя не только с русской, но и с латинской, греческой и даже польской азбукой. По всем этим признакам он как нельзя лучше предваряет новый период в развитии русского печатного учебника, связанный с реформами первой четверти XVIII в.