Ключевой целью теоретиков разделения властей Дж. Локка и Ш.-Л. Монтескье было предотвращение тирании, концентрации власти. Однако для классиков евразийства наиболее важной политико-правовой проблемой после двух революций 1917 г. и Первой мировой войны стало не тираническое правление, а само существование Российского государства. Цель их политико-правовых проектов состояла в наполнении «пустых» либерально-демократических форм конкретным содержанием. В связи с этим евразийский государствовед Н. Алексеев отрицал идею независимости суда. По его мнению, судебная власть не должна быть независима от других ветвей власти: она призвана воплощать в себе народное и государственное начала, не быть безучастным арбитром при разрешении споров, а вместе с другими участниками процесса стремиться отыскать истину. Впоследствии Н. Алексеев, находясь под впечатлением судебных процессов в СССР конца 1930 гг., высказался в пользу принципа независимости суда, отвергнув идею о том, что судебные реформы 1864 г. имели неблагоприятное значение для правовой системы России. Взамен разделению властей евразийцы предлагали идею баланса властей: «народно-демотической» и «идеократической». Первая, по мнению Н. Алексеева, воплощалась бы в системе Советов, формируемых по «принципу заступления», вторая — в наличии «государственного актива», отбираемого по принципу верности «общей идее», евразийству. Н. Трубецкой предлагал концепцию «многопарламентского правления»: в этой системе партийные выборы были бы неуместны: каждый из граждан голосует не за партии, а за специальные организации, представляющие их интересы в определенной сфере общественной жизни. Наиболее влиятельная из этих палат состояла бы из «идеологов». Воззрения евразийцев, с одной стороны, можно рассматривать в контексте идей теоретиков «классического естественного права», изображавших политическое правление прежде всего в терминах целей и добродетелей, а не учреждений и четких институциональных решений, с другой, — в сравнении со взглядами иных авторов, традиционно рассматриваемых в рамках идеологий «третьего пути». Идеи евразийцев также были созвучны советским конституционным проектам, отвергавшим привычные концепции разделения властей.
Ключевой целью теоретиков разделения властей Дж. Локка и Ш.-Л. Монтескье было предотвращение тирании, концентрации власти. Однако для классиков евразийства наиболее важной политико-правовой проблемой после двух революций 1917 г. и Первой мировой войны стало не тираническое правление, а само существование Российского государства. Цель их политико-правовых проектов состояла в наполнении «пустых» либерально-демократических форм конкретным содержанием. В связи с этим евразийский государствовед Н. Алексеев отрицал идею независимости суда. По его мнению, судебная власть не должна быть независима от других ветвей власти: она призвана воплощать в себе народное и государственное начала, не быть безучастным арбитром при разрешении споров, а вместе с другими участниками процесса стремиться отыскать истину. Впоследствии Н. Алексеев, находясь под впечатлением судебных процессов в СССР конца 1930 гг., высказался в пользу принципа независимости суда, отвергнув идею о том, что судебные реформы 1864 г. имели неблагоприятное значение для правовой системы России. Взамен разделению властей евразийцы предлагали идею баланса властей: «народно-демотической» и «идеократической». Первая, по мнению Н. Алексеева, воплощалась бы в системе Советов, формируемых по «принципу заступления», вторая — в наличии «государственного актива», отбираемого по принципу верности «общей идее», евразийству. Н. Трубецкой предлагал концепцию «многопарламентского правления»: в этой системе партийные выборы были бы неуместны: каждый из граждан голосует не за партии, а за специальные организации, представляющие их интересы в определенной сфере общественной жизни. Наиболее влиятельная из этих палат состояла бы из «идеологов». Воззрения евразийцев, с одной стороны, можно рассматривать в контексте идей теоретиков «классического естественного права», изображавших политическое правление прежде всего в терминах целей и добродетелей, а не учреждений и четких институциональных решений, с другой, — в сравнении со взглядами иных авторов, традиционно рассматриваемых в рамках идеологий «третьего пути». Идеи евразийцев также были созвучны советским конституционным проектам, отвергавшим привычные концепции разделения властей.
No data