Актуальность. Вопросы профессионально-личностного развития сотрудников любой сферы деятельности были и остаются одними самых востребованных в практике кадровой работы. Однако пребывание в профессии имеет ряд как положительных, так и отрицательных (проблемных) моментов. С одной стороны, на первый план выходят: карьерный рост, профессиональная идентичность, траектории совершенствования личности, самоактуализация, профессионализация, удовлетворенность трудом и т.п. С другой стороны, одной из актуальнейших проблем работы с персоналом любой организации является комплектование соответствующих должностей, обеспечение надежности деятельности, корпоративной лояльности, продуктивности, профессионального долголетия и работоспособности сотрудников. Детерминация сложившейся кадровой ситуации варьируется от относительно низкой заработной платы, высочайшей рабочей нагрузки, несовершенства управления трудовыми коллективами до противоречий деятельности, профессиональных ошибок, конфликтных межличностных отношений, моббинга, постоянного информационно-психологического давления [1, 5, 16 и др.]. Во многом именно психологически насыщенные негативные факторы деятельности обусловливают редукцию объема и качества исполнения должностных обязанностей, стагнационные тенденции, в конечном счете, принятие сотрудниками решения об увольнении. Возникают различные негативные явления – эмоциональное выгорание, стагнация, дезадаптация, демотивация, деструкция, девиантные формы поведения и др. [8, 10, 17 и др.].В настоящей статье акцент сделан на стагнации профессионально-личностного развития как на форме психологического кризиса, при которой сотрудник осознает ограниченность ресурсов реализации себя в жизнедеятельности, не видит карьерных перспектив, мучается решением экзистенциальных дилемм, охвачен эмоциональными переживаниями и ощущением «пустоты бытия» [2, 3, 13 и др.]. При всей вариативности детерминации данного кризисного явления, одним из центральных является стрессовое воздействие, в первую очередь, негативное информационно-психологическое [6, 9, 14 и др.].Под информационной стресс-интолерантностью будем понимать интегральное личностное образование, проявляющееся в склонности человека значимо и дисконгруэнтно реагировать на негативное информационно-психологическое воздействие, меняя мотивацию жизнедеятельности и морально-нравственные ценности, модели поведения, а также перестраивая межличностные отношения.Заявленные феномены – «стагнация профессионально-личностного развития» и «информационный стресс» – нашли широкое отражение в ряде научных исследований (стагнация развития – И.С. Бухарова, А.В. Гнеушева, А.А. Деркач, В.Г. Звзыкин, А.К. Маркова, Н.А. Подымов и др.; информационно-психологический стресс – Д.Г. Добродинский, А.Г. Караяни, Ю.М. Караяни, А.А. Королёв, В.А. Ладов, И.Г. Малкина-Пых, А.Р. Мухамедьянова, В.В. Немец, Г. Селье, О.Б. Тапалова, Е.В. Яковлев, В.А. Шаповал, А.О. Шарапов и др.). В центр внимания ставились – проблема развития человека в профессии, реализация, акмеологические аспекты, феноменология стресса, предикторы информационно-психологической стрессоустойчивости и т.п. [8, 18 и др.]. При всей проработанности вопросов исследования стагнации профессионально-личностного развития и проблематики негативного информационно-психологического воздействия, взаимосвязь стагнации и потенциала информационной стресс-интолерантности не изучена, что обусловливает актуальность проведения соответствующего научного исследования.Методика исследования. Цель психологического исследования – эмпирически изучить влияние информационной стресс-интолерантности на стагнацию профессионально-личностного развития, на основе чего разработать регрессионную модель прогнозирования выраженности стагнации у специалистов различных профессий. В основе методологии научного изыскания лежат акмеологический, деятельностный и субъектный подходы в психологии и девиантология. Для изучения феноменологии стагнации профессионально-личностного развития и информационно-психологической стресс-интолератности был сформирован комплексный диагностический инструментарий. Применялись: экспертный опрос (по 9-балльной шкале на основе семантического дифференциала) и психологическое тестирование. Методики: 1) опросник оценки выраженности стагнации профессионально-личностного развития, n=80 [11]; 2) методика диагностики информационной стресс-толерантности, форма «В», n=122 [12]. Выборка составила 298 человек, в том числе 118 студентов (группа «студенты») стоматологического, педиатрического и лечебного факультетов Тверского государственного медицинского университета Министерства здравоохранения Российской Федерации (104 валидных протокола), 158 курсантов (группа «курсанты») Военного университета Минобороны России им. князя А. Невского и Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя (130 валидных протоколов), 22 сотрудника полиции (22 валидных протокола). Характеристики групп: 1) «студенты»: средний возраст – 19,01 лет (стандартное отклонение – 1,31), стаж обучения – 1,48 лет; 41 муж. и 77 жен.; 2) «курсанты»: 21,31 (2,69), 2,3; 114 и 44, соответственно; 3) «сотрудники»: 36,02 (5,27), 10,6; 22 и 0, соответственно. Эмпирические сведения приводились к шкале станайн. Математико-статистическая обработка данных (частотный анализ, описательная статистика, оценка различий в группах, регрессионный анализ) была реализована в программных продуктах MS Excel и SPSS 13.0 for Windows.Результаты исследования и их обсуждение. Анализ эмпирических данных проводился в двух выборках («студенты» и «курсанты») в сравнении с нормативными значениями по шкалам примененных диагностических методик.В силу относительно небольшого объема выборки исследования распределения как общего показателя «Стагнация профессионально-личностного развития» (рис. 1 и 2), так и парциальных индикаторов методик оказались далеки от нормального. Указанные распределения визуально похожи, имея выраженную правостороннюю асимметрию, что указывает на тенденцию достаточно низкой выраженности стагнационных процессов у обучающихся.Рисунок 1 – Распределение показателя «Стагнация» для группы «студенты»Рисунок 2 – Распределение показателя «Стагнация» для группы «курсанты» Расчет нормативных значений и применение непараметрического U-критерия Манна-Уитни подтвердил наличие некоторых статистически значимых различий в исследованных группах (табл. 1). Так, в сравнении с нормативной выборкой студенты отличаются повышенным и устойчивым стремлением к получению личностно значимой информации (в т.ч. в рамках освоения профессии, а также сведений из масс-медиа, р=0,001) и информационной сензитивностью (р=0,01). При этом студентам и курсантам не свойственна напряженность конфликта ценностей при информационном стрессе (р=0,001 и р=0,01, соответственно), что указывает на отсутствие ревизии интересов, мотивов и целей жизнедеятельности под влиянием интенсивного информационно-психологического воздействия (например, в период зачетно-экзаменационной сессии). Важно отметить, что стагнационные тенденции в развитии (в том числе некоторые частные предикторы, например, «осознание застоя») у обучающихся не проявились. Подобные результаты во многом соответствуют частным выводам, сделанным в ряде аналогичных научных исследований [4, 7, 15 и др.].Таблица 1 – Описательная статистика по показателям методик исследованияНаименование шкалынормыстудентыкурсантыХсрСКОХсрСКОХсрСКООсознание застоя в работе117,0446,47917,2796,22217,7126,523Переживание монотонии127,0635,58625,9335,29426,8165,405Утрата мотивации к самореализации114,5516,35215,3656,45215,5406,722Информационная активность224,3255,28928,898***5,30324,9345,150Информационный скептицизм214,4504,13813,6954,03113,2244,105Информационная неразборчивость213,9003,43313,0173,32313,4613,273Информационная сензитивность218,1253,77721,941**3,81219,2834,184Генерализация инфо-стресса215,3253,68916,8903,68615,6323,778Стресс-регуляция поведения227,5753,88926,1444,32926,9544,805Напряженность конфликта ценностей при стрессе214,2002,87511,949***3,0112,211**3,448Примечание: ** - уровень значимости 0,01; *** - уровень значимости 0,001; 1 – опросник оценки выраженности стагнации профессионально-личностного развития; 2 – методика диагностики информационной стресс-толерантности. Для разработки прогностической модели применялся линейный регрессионный анализ (табл. 2) на интегральной выборке 334 обучающихся. Исследованы: 1) общая модель оценки стагнации профессионально-личностного развития; 2) частные модели прогнозирования компонентов выраженности стагнации. Модель прогнозирования переживания монотонии оказалась низко продуктивной (детерминация менее 10 %), что указывает на гораздо большее количество предикторов, чем было учтено. Действительно, помимо информационной стресс-интолерантности стагнационные процессы личности определяются многими иными характеристиками (например, характеристиками мотивационной сферы, установками, копинг-поведением и т.п.)Таблица 2 – Параметры линейной регрессионной моделиПараметр / коэффициентыСтагнацияОсознание застоя в работеУтрата мотивации к самореализацииКонстанта0,8972,3664,727Информационная активность0,263-0,0950,274Информационный скептицизм-0,392-0,291Информационная неразборчивость0,0160,240-0,237Информационная сензитивность0,1400,0260,054Генерализация инфо-стресса0,081--Стресс-регуляция поведения-0,065-0,038-0,110Напряженность конфликта ценностей при стрессе0,1310,0640,038Детерминация модели, процент (корреляция)22,0 (0,469)33,5 (0,579)42,5 (0,652) Наилучшие прогностические характеристики имеет модель оценки частного предиктора «Утрата мотивации к самореализации» (фактор информационной стресс-интолерантности на 42,5 % детерминирует стагнацию, остальные 57,5 % неучтенные факторы, например, связанные с учебным процессом, утратой интереса к профессии и т.п.). Несколько снижено качество модели прогнозирования предиктора «Осознание застоя в работе» (33,5 %). Посредственно на выборке обучающихся работает модель прогнозирования стагнации профессионально-личностного развития (22,0 %), что, вероятно, связано как с принципиально низким уровнем выраженности «застойных» явлений в период обучения в вузе, так и высокой мотивацией студентов (будущих врачей, военнослужащих и т.д.). Сравнение различных моделей указывает на значимое влияние информационной стресс-интолерантности и то, что во всех алгоритмах слагаемыми, потенцирующими стагнационные явления, являются «Информационная сензитивность» (усиливает стагнацию), «Напряженность конфликта ценностей при информационном стрессе» (усиливает стагнацию), «Стресс-регуляция поведения» (профилактирует стагнацию). Некоторые индикаторы имеют разнонаправленное действие. Например, «Информационная активность» потенцирует стагнацию и утрату мотивации к самореализации, но препятствует осознанию застоя в работе. «Информационная неразборчивость» усиливает стагнацию и осознание застоя в работе, но снижает вероятность утраты мотивации к самореализации. Параметры имеют различные весовые коэффициенты, а, соответственно, и степень влияния. Отдельные показатели оказывают частную детерминацию, для конкретной модели (например, «Генерализация информационного стресса» входит только в модель прогнозирования стагнации).Для верификации возможности использования предложенных моделей прогнозирования применительно к деятельности сотрудников силовых ведомств, было проведено контрольное оценивание на группе «сотрудники» (табл. 3). Таблица 3 – Сведения о качестве распознавании стагнационных явлений у сотрудников полицииВыраженность стагнации(факт / модель, чел.)СтагнацияОсознание застоя в работеУтрата мотивации к самореализацииВысокий уровень8 / 910 / 815 / 14Средний уровень10 / 1112 / 95 / 7Низкий уровень4 / 20 / 52 / 1Кол-во точно распознанных образов, чел. / процент15 / 68,216 / 72,720 / 90,9 Применение моделей прогнозирования на реальной выборке сотрудников полиции показало их очень высокое качество – процент распознавания варьировался от 68,2 до 90,9 %, что позволяет превентивно определять генерализацию стагнационных процессов у представителей профессий особого риска.Выводы. По результатам проведенного эмпирического исследования проблемы прогнозирования стагнации профессионально-личностного развития на основе информационной стресс-интолерантности можно сделать следующие выводы:1. Стагнация профессионально-личностного развития специалистов во многом определяется таким личностным фактором как информационная стресс-интолерантность, в составе которого следует выделить «Информационную активность», «Информационный скептицизм», «Информационную неразборчивость», «Сензитивность к информационному стрессу», «Генерализацию стрессогенной информации», «Стресс-регуляцию поведения», «Напряженность конфликта ценности при стрессе».2. При отсутствии у обучающихся тенденций к стагнации в развитии, установлены некоторые особенности её детерминации. Так, студенты (будущие врачи) отличаются повышенным и устойчивым стремлением к получению личностно значимой информации и информационной сензитивностью. При этом под влиянием интенсивного информационно-психологического воздействия и у студентов, и у курсантов не происходит ревизия интересов, мотивов и целей жизнедеятельности, т.е. обучающиеся «живут обычной жизнью».3. Предложенные линейные регрессионные модели оценки «Стагнации профессионально-личностного развития», «Утраты мотивации к самореализации», «Осознания застоя в работе» основаны на частных индикаторах информационной стресс-интолерантности специалистов, имея высокий процент распознавания контрольных образов (сотрудники полиции) – от 68,2 до 90,9 %.4. Предложенный подход позволяет совершенствовать методы психологической профилактики и поддержки специалистов в части преодоления стагнационных явлений на уровне личности, а также противодействия негативному информационно-психологическому влиянию.