В политико-правовой сфере одним из приоритетных направлений на сегодняшний день выступает формирование и упрочнение прозрачной системы избирательного процесса. Происходит сращивание новаций, перенимаемых из международно принятых стандартов с национальными нормами с учетом современных технологий. Последние, в свою очередь, не обошли стороной ни одну из сфер общественной жизни. Форсированный темп развития информационно-коммуникационных технологий оказывает существенное влияние и на политическую подсистему, значительно ее трансформирующий. При этом процесс цифровизации рассматривается и с точки зрения такой инновационной системы, которая влечет качественную перестройку национальной экономики, государственных услуг и по итогу синтезирует техническое, общественное и политическое развитие государства. Широким дискуссионным полем для теоретиков и практиков является «дематериализация» процедуры голосования. По отношению к избирательному процессу применение инновационных технологий является все еще нестандартным  новшеством, а не устоявшимся правилом. Это обусловлено традиционными взглядами политически активной общественности, привыкшей голосовать на стационарных избирательных участках. Кроме того, особый научный интерес возник по вопросу регулирования негативных явлений внедрения цифровых площадок в политические процессы в результате недостаточной регламентации вопроса защиты персональных данных. При этом игнорирование технических возможностей и требований времени при постоянно существующей возможности таких угроз, как кибератаки, Интернет-мошенничество, пандемии, и наличии доступных, мобильных способов реализации прав, может быть рассмотрено, как ограничение свободного волеизъявленияВ исследуемой процедуре наибольший интерес вызывает возможность внедрения блокчейн-технологии (технологии распределенных реестров). Интересно, что по своей природе данная система была создана для функционирования криптовалюты биткоин. Но, несмотря на свой первоначальный функционал, сегодня она приобрела и правовой смысл. В связи с чем, необходимо установить перспективы внедрения системы «блокчейн» для того, чтобы изменить взаимоотношения государства и человека до степени чрезвычайного доверия и абсолютной прозрачности. Для чего считаем целесообразным проанализировать область практического применения исследуемого понятия.Уровень наблюдения за ходом голосования реализуется посредством двух методов: 1. Проверочная транзакция – одно из новшеств московского ДЭГ в 2022 г. Это возможность записывать в блокчейн так называемые «проверочные транзакции». 2. Адрес голоса в блокчейн. С 2022 г. участник ДЭГ может получать адрес своего зашифрованного голоса в блокчейн по «одному клику». А после расшифровки результатов онлайн-голосования – самостоятельно проверять, как был учтен его бюллетень [8, с. 664].Подобная цепь транзакций позволяет избирателю отследить собственный голос, реализовать мониторинг результатов выборов, но при этом она сложна с точки зрения технического процесса и идентификации конкретного гражданина. В этой связи, несмотря на интерес публичной власти к системе блокчейн, ее внедрение в процесс голосования еще не представляется возможным в силу недостаточной степени разработанности.Переходя к анализу правовой основы диджитализации избирательного процесса, отметим, что ст. 1 Конституции РФ [1] указывает, что «Российская Федерация – Россия есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления». Это означает, что демократический режим ставит народ государства основным источником и носителем власти. Народ может свободно распоряжаться установленными правами в части обеспечения задач по предоставлению демократических прав и свобод. Например, в соответствии со ст. 32 Конституции РФ, в демократическом государстве граждане реализуют свое избирательное право в части возможности участия в принятии управленческих решений посредством прямого участия в выборах в органы государственной власти и местного управления, а также референдумах. Деятельность органов системы публичной власти основана на принципах гласности, прозрачности ведения своей деятельности.Дистанционное электронное голосование (далее – ДЭГ) берет свое начало в отечественной избирательной системе с 2005 года, когда в Федеральный закон от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» были введены понятия «электронное голосование», «комплекс для электронного голосования», «электронный бюллетень» [2]. Стоит сказать, что автоматизация в указанном случае существует в двух формах. В-первом случае, избиратель все же посещает избирательный участок, на котором заполняет электронный бюллетень. В другом смысле, голосующий, заполнив стандартизированную электронную форму на официальном сайте ЦИК РФ, или же в личном кабинете «Госуслуг» и получив соответствующее разрешение, отдает свой голос за кандидата через мобильное устройство или компьютер, находясь в любом удобном для него месте. Касаемо детализации процедуры диджитализированного голосования наблюдается такой порядок, что после перехода на специальную площадку пользователю отправляется уведомление с кодом, дающим доступ к процедуре голосования, после ввода которого становится доступно окно «Приступить к голосованию». Пройдя процесс анонимизации, избиратель получает возможность отдать свой голос путем проставления отметки в квадрате напротив одного из кандидатов. Принципиально важным является тот момент, что бумажные бюллетени умышленно могут быть испорчены путем рукописных надписей или выбора сразу всех кандидатов из предложенных, а в случае же с дистанционной процедурой, алгоритмы электронных площадок попросту не позволят внести дополнительные искажения в бланки.По данным официального сайта ЦИК РФ 25 февраля 2024 года началось досрочное голосование на выборах Президента Российской Федерации [3]. Посредством него российские избиратели имеют возможность сделать свой выбор дистанционно, находясь в плавании, на полярных станциях, в труднодоступных или отдаленных местностях, в четырёх новых субъектах Российской Федерации и ряде приграничных с ними регионов. Информация доводится до сведения избирателей и наблюдателей через средства массовой информации и другими доступными способами. Кроме того на данном сайте доступен сервис проверки заявлений о голосовании по месту нахождения «Мобильный избиратель».Первое практическое применение ДЭГ в России было реализовано в отдельных регионах в 2019 году в экспериментальном порядке. Свое окончательное нормативное закрепление, а как следствие и реальное внедрение в отечественный избирательный процесс ДЭГ получило к 2022 году в результате внесения изменений в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» [4], в котором прописана процедура действия ГАС РФ «Выборы», а также иных сертифицированных информационных площадок для удаленного голосования. Однако возможность подачи заявления на дистанционное голосование и формирования списков избирателей через портал «Госуслуги» или сайт МФЦ не исключает возможности голосования и по месту жительства, когда граждане вносятся в дополнительные списки, что служит подспорьем для попыток реализации двойного голосования [6, с. 45]. В рамках цифрового поля регулярно функционируют два сервиса подачи заявлений, а также 7 сервисов информирования, например «О выборах и референдумах», «О кандидатах и избирательных объединениях», «О результатах выборов и референдумов» и ряд иных.Выбранный вектор на цифровизацию избирательного процесса безусловно влечет ряд положительных тенденций. К числу таковых можно отнести привлечение более широких слоев населения, будь то молодежь, рабочие труднопроходимых и удаленных районов, как следствие увеличение явки, также снижение ошибок в подсчёте голосов в результате отсутствия человеческого фактора, снижение нагрузки на избирательные комиссии различных уровней, и материальных затрат. Несомненно, путем реализации рассматриваемой нами процедуры голосования закладывается базис для преодоления политического абсентеизма.Несмотря на положительные аспекты внедрения инноваций в процедуру выборов, наличествуют и отрицательные. Так, низким остаётся уровень защиты персональных данных в виду слабой верификации, низкого уровня информационной безопасности и потенциальной возможности сбоя алгоритмов сайта или электронной программы, взлома или иных модификаций по отношению к информационной системе. Кроме того, невозможно гарантировать абсолютную анонимность отдаваемого голоса за конкретного кандидата. Вопрос об увеличении круга потенциальных избирателей двугранен. Речь идет о «цифровом неравенстве»,  то есть, привлекая технические подкованные слои населения, происходит ограничение возможностей для лиц пожилого возраста, не имеющих доступа к сети Интернет либо же технических устройств.  Стоит упомянуть и проблему ответственности за нарушения избирательного процесса, реализуемого посредством электронных средств, которая на сегодняшний день остаётся за рамками правового поля. Так, уголовным и административным законодательством не предусмотрено наказание за прерывание процедуры голосования в результате технических сбоев информационных Интернет площадок , что по сути своей, может рассматриваться в качестве нарушения конституционного права граждан избирать и быть избранным.Внедрение ДЭГ вносит свои коррективы и в содержание основных принципов национального избирательного права. К таковым можно отнести не только конституционные постулаты (всеобщность, равенство, тайна голосования), но и те, которые выработаны в ходе реализации практики отраслевого законодательства (периодичность, общественный контроль, надёжность). Затруднительным представляется контроль за соблюдением таких принципов, как открытость и гласность в силу отсутствия независимых общественных наблюдателей при дистанционном голосовании. Вышеупомянутая анонимность тесно переплетается с принципом прямого волеизъявления, который может быть нарушен путем получения пароля от личного кабинета пользователя-избирателя другим лицом.В части защиты персональных данных, усматривается планомерная тенденция на выработку чёткого алгоритма при вступлении гражданина в избирательный процесс через Интернет площадки. В-первую очередь, будущий избиратель дает свое согласие на обработку персональных данных после ознакомления с тем, перечнем который будет обработан и использован. Лишь после этого предоставляется возможность для заполнения бланков и заявлений на принятие участия в выборах дистанционно. Сайт ЦИК РФ содержит отдельный раздел по поводу использования персональных данных пользователей, в котором предусмотрены запреты на рассылки, размещение информации о лице в Интернете и другие, что влечет вывод о повышении степени её защищенности.Если электронные платформы для голосования применяются все ещё выборочно, в качестве исключения, то широкое и достаточно распространение получили технические средства, сопутствующие проведению избирательных кампаний. Таковыми выступают камеры видеофиксации, а также обзерверы [5, с. 239], благодаря которым любой желающий может проследить за ходом выборов и соблюдением процедуры на участке, оснащенном подобной аппаратурой, что можно рассмотреть в качестве эквивалента общественных наблюдателей.Невозможно не согласится с позицией О.Е. Кутафина о национальной избирательной системе, который отмечает, что несмотря на острое внимание политологов, экспертов и общественности к вопросу демократизации выборов, говорить о ее достижении трудно, что обусловлено явкой менее 50 % зарегистрированных избирателей [7, с. 69]. Перед государством стоит задача по поиску баланса между централизацией и децентрализацией, взвешенному подходу к легитимности выборов под влиянием «цифры» на избирательный процесс и иные сферы общественной жизни.Подводя итоги исследования, мы приходим к выводу, что внедрение цифровых технологий в систему избирательного процесса национального уровня многоаспектно и имеет свои положительные и отрицательные стороны. Все еще происходит дублирование некоторых элементов избирательной кампании. К примеру, несмотря на оснащение участков веб-камерами не исключен институт общественных наблюдателей, автоматизированные системы подсчета голосов в некоторых регионах перепроверяются счетной комиссией вручную. Степень доверия граждан к дистанционным сервисам голосования низка, как и уровень правовой и информационной культуры. Целесообразной представляется дальнейшая детальная регламентация правовых основ, средств и методов электронного голосования, усовершенствование механизмов защиты персональных данных и обмен опыта с зарубежными странами в данных вопросе с учетом национальной специфики.