В результате развития экономической мысли после финансового кризиса ставятся важные вопросы в отношении целесообразности экономической концепции рынков и поведения, которые имели место на протяжении последних десятилетий доминирования политиков в управлении финансовой системой. В ответ на это некоторые регуляторы начинают пересматривать свое понимание поведения субъектов в рамках финансовых рынков. Тем не менее базовая концепция динамики самих рынков остается почти неизменной. Для того, чтобы регулировать финансовые рынки, мы нуждаемся в более сложных и реалистичных когнитивных структурах, посредством которых представляется возможным проанализировать их динамику и на основе которых представляется эффективным осуществление их регулирования [1]. Важной стороной деятельности финансового регулятора является модель финансовой политики. Современные исследования показывают, что различные денежные вмешательства могут иметь различные качественные воздействия на активность настройки экономических систем, а стандартные операции на открытом рынке, проведенные центральными банками имеют важные мультиплицирующие последствия для переоценки в экономической системе, в частности, благотворно влияя на уровень и распределение богатства и создавая у субъектов стимулы к труду и сохраняя их до выхода на пенсию[2].Центральной частью экономики является эффективная банковская система[3]. Вопрос подхода к выстраиванию стратегии формирования национальной банковской системы во многом определит будущее социально-экономического общественного развития.Перечисленные и некоторые другие проблемы и вопросы в их взаимной связи мы попытались рассмотреть в нашей работе. Анализ и обсуждение результатов исследования. Эволюция макросреды финансовых рынков, их многофакторная транспарентность [4]  находят отражение в  повышении роли центральных банков в качестве мегарегуляторов. Центральный Банк России с сентября 2013 г.  стал выполнять функции мегарегулятора финансовых рынков [5]. Европейский центральный банк в ноябре 2014 г. получил статус банковского мегарегулятора Европы. В качестве глобального органа банковского надзора ЕЦБ будет напрямую курировать 120 крупнейших банков еврозоны, на которые приходится более 80% от общего объема банковских активов еврозоны. Совокупность действий глобальных факторов и их мультиплицированных последствий, в частности, таких как амплитудные конъюнктурные колебания, циклические экономические тренды, вариативная политическая нестабильность,  сильно сказываются на необходимости репрезентации в финансовой политике и регулировании на макроэкономическом уровне системы, построенной на когнитивной абсорбции информации для эффективного эвристического моделирования мультифакторного воздействия на национальные финансовые рынки и экономическую систему в целом.  Из утвержденных Банком России в ноябре 2014 г. «Об основных направлениях единой государственной денежно-кредитной политики на 2015 год и период 2016 и 2017 годов» [6] следует, что полномочия мегарегулятора позволяют сочетать меры денежно-кредитной политики с мерами