The influence of personal choice of participation in extreme volunteerism on the manifestation of moral trauma in combatants

Vladislav E. Petrov

doi:doi:

Abstract:
The article is devoted to the study of the problem of moral traumatization of extreme volunteers, assessing the nature of the influence of the components of personal choice of participation in a special military operation on the manifestation of moral trauma in combatants. The methodological basis of the research is represented by the subject-activity and subject-participatory approaches. The subject of the study is the personal choice of participation in extreme volunteerism as a protector of generalization of moral trauma in combatants. The aim is to assess the impact of personal choice of participation in extreme volunteerism on the manifestation of moral trauma in participants of a special military operation. Psychological testing was applied using a questionnaire to study personal choice, participation in extreme volunteerism, and a methodology for measuring the severity of moral trauma. Sample: 83 extreme volunteers. Mathematical data processing was based on the use of methods for estimating differences in indicators in groups, correlation and regression analyses. The results of the study showed that moral trauma in extreme volunteers mainly manifests itself in the form of a crisis of beliefs and a conflict of perception. «Idealism», «Extreme perceptual congruence», «Emotional rigidity», «Self-control», «Extreme vitality», «Critical thinking» as components of a personal choice to participate in a special military operation have a protective effect on the generalization of manifestations of moral trauma. The integrity of the worldview and the value system formed by the subject when confronted with situations of moral trauma causes additional mental stress in the personality, transformation of ideals, meanings of existence and moral and ethical principles. Models for assessing the manifestations of moral trauma in combatants are proposed. The results allow us to clarify a new area of psychological support, support and assistance to extreme volunteers, namely, overcoming the moral trauma of combat participants.

Keywords:
moral trauma; moral traumatization; conflict of perception; crisis of beliefs; affective disorganization; personal choice; extreme volunteerism; combatant; personality transformation

Text

Введение. Участие в боевых действиях связано с запредельным психическим воздействием на личность. Реакции психики на экстремальность варьируются в зависимости от выраженности различных факторов. Среди ведущих факторов особое место занимают: форма участия, характер деятельности, мотивация субъектной активности. Так, например, по мнению В.В. Шепелевой и О.Б. Нестеренко, у 77,8% военнослужащих, принимавших участие в специальной военной операции (далее – СВО), последствия проявляются в психических нарушениях или расстройствах [13, С. 1517]. На наличие травматических стрессовых реакций у участников боевых действий на Северном Кавказе указано в исследовании А.Л. Иванова, В.В. Рубцова, Н.В. Жуматия и др. [4]. А.Г. Караяни [7], В.М. Лыткин, С.А. Зун, С.Н. Колодин и др. [9], П.А. Гончарова и В.А. Трифонов [3] делают акцент на боевой психической травме как «неизбежном спутнике» включенности военнослужащих в выполнение задач по предназначению. Одной из специфических реакций психики на экстремальность и особый характер деятельности является моральная травма («moral injury»).

Стресс и психическая травма априори интегрированы в боевые действия. Но их проявления во многом зависят от уровня подготовленности (в т.ч. психологической) субъекта деятельности. В многочисленных психологических исследованиях (А.Г. Караяни, Л.А. Китаев-Смык, Д.Ю. Кузнецов, М.Ш. Магомед-Эминов, Т.В. Мальцева, В.М. Поздняков, В.Н. Смирнов, Е.В. Снедков, А.М. Столяренко, Э.П. Утлик, Н.Е. Харламенкова, Ю.А. Шаранов и др.) доказано, что чем более профессионально подготовленным является военнослужащий или сотрудник правоохранительных органов, тем менее вероятны негативные реакции психики на пребывание в экстремальных условиях. Принципиально важным является то, что повысить резильентность к травматическому боевому стрессу можно посредством специальной психологической подготовки личного состава, а снизить виктимность в части моральной травматизации практически невозможно.

Моральная травма связана с несовпадением внутренних ориентиров личности, базирующихся на системе ценностей, морали, нравственности, этических убеждений, с внешними обстоятельствами. Можно психологически подготовить военнослужащих к восприятию ужасов войны (трупы, разрушения зданий, коммуникаций и т.п.), но «интегрировать» в психику субъекта толерантность к аморальным действиям других и собственную невозможность воспрепятствовать им, этические противоречия и конфликты крайне сложно. Источниками моральной травматизации при ведении боевых действий могут быть: причинение по неосторожности смерти или вреда здоровью лицам, не причастным к боевым действиям; выполнение действий или отдание приказа априори противоречащего некоторым моральным или этическим принципам; вынужденное оставление третьих лиц без оказания должной помощи (Р.В. Кадыров, О.Б. Дмитриева [6]; S. Frankfurt, P.A. Frazier [15] и др.). Во многом именно многообразие источников моральной травматизации и невозможность институционализации в психике морально-этических дилемм не позволяют однозначно говорить о ее преодолении у комбатантов.

Исследователи придерживаются позиции, что глубокие психологические и экзистенциальные страдания участники боевых действий «наносят сами себе» в процессе рефлексии психотравмирующего опыта войны (Г.А. Ведерников [2], B.T. Litz, N. Stein, E. Delaney и др. [16]). Варьируются подходы к соотношению моральной травмы и посттравматического стрессового расстройства (ПТСР): моральная травма есть частное проявление симптомокомплекса ПТСР (О.А. Яструбенко, И.А. Абдулаева, Х.А. Шарбузова [14], S. Frankfurt, P.A. Frazier [15] и др.), моральная травма выступает самостоятельной формой реакции психики на нарушение, возникающее в результате «неспособности контекстуализировать, оправдывать и приспособиться к собственным действиям на основе опыта в уже существующих моральных схемах» (B.T. Litz, N. Stein, E. Delaney и др. [16]; Ю.А. Шаранов, А.С. Душкин [12] и др.). Несмотря на разнообразие подходов к феноменологии моральной травмы, выражена актуальность на разработку технологий психологической помощи не только участникам боевых действий, но и представителям силовых ведомств (А.А. Попова, И.Н. Василькив, В.В. Савушкин [11], П.А. Гончарова и В.А. Трифонов [3] и др.).

Проблема моральной травматизации приобретает особую актуальность для экстремальных добровольцев. В первую очередь, это связано развитыми ценностно-смысловыми и мотивационными характеристика добровольцев – социальной справедливостью, патриотизмом, идейностью, ответственностью, целостностью мировоззрения, просоциальной идентичностью. Имея обостренные морально-этические чувства, попадая в морально-травмирующую ситуацию, личность с большей степени сенситивна к негативному воздействию. Важным вопросом выступает поиск протекторов моральной травматизации. Можно предположить, что подобной защитой является личностный выбор участия в экстремальном добровольчестве. Именно недостаточная проработанность проблемы влияния личностного выбора участия в экстремальном добровольчестве на проявление моральной травмы у участников боевых действий актуализировала проведение нами в 2024-2026 году соответствующего научного исследования.

Методика исследования. Цель исследования – оценить влияние личностного выбора участия в экстремальном добровольчестве на проявление моральной травмы у участников специальной военной операции. Гипотеза – проявления моральной травмы у экстремальных добровольцев зависят от степени выраженности характеристик личностного выбора участия в СВО; протективная роль (в части моральной травматизации) отводится характеристикам ценностно-смысловой сферы личности. Методологическая основа исследования представлена субъектно-деятельностным и субъектно-соучаствующим подходами. Для исследования проявлений моральной травмы и характеристик личностного выбора участия в экстремальном добровольчестве применялись авторские опросники [10]: изучения личностного выбора соучастия в экстремальном добровольчестве (ЛВ) и измерения степени выраженности моральной травматизации (МТ). Все результирующие показатели методик были приведены к 9-балльной шкале. Выборка исследования: 83 экстремальных добровольца, среди которые были гражданские лица (44 чел.; возраст – 36,9±7,0 лет; продолжительность пребывания в экстремальных условиях – 16,3±5,5 мес.) и лица, освобожденные от уголовной ответственности или наказания в связи с заключением контракта с Минобороны России на участие в СВО (39 чел.; статьи 105-117, 228 Уголовного кодекса Российской Федерации; возраст – 35,4±9,2 лет; продолжительность пребывания в экстремальных условиях – 10,7±2,5 мес.). Математическая обработка данных осуществлена в программе IBM Statistics 27.0 и опиралась на оценку различий показателей в группах (U-критерий Манна-Уитни), корреляционный (критерий Ч. Спирмена) и регрессионный анализы.

Результаты исследования и их обсуждение. Дизайн научного исследования предполагал выделение следующих направлений:

I. Оценка предикторов влияния личностного выбора участия в экстремальном добровольчестве на проявления моральной травмы у участников специальной военной операции. В рамках этого направления применен корреляционный анализ (n=83), который показал статистически значимую взаимосвязь трех из семи индикаторов моральной травмы с шестью из 16 характеристик личностного выбора участия в экстремальном добровольчестве (табл. 1). Так, обратная корреляционная связь установлена между «Конфликтом восприятия» как проявлением моральной травмы и «Идейностью» (R_s=-0,481; р≤0,01), «Экстремальной перцептивной конгруэнтностью» (R_s=-0,346; р≤0,05), «Эмоциональной стеничностью» (R_s=-0,320; р≤0,05). Все характеристики осознанного личностного выбора участия в СВО оказывают протективное влияние на генерализацию моральной травмы. Действительно, чем в большей степени субъект придерживается просоциальной позиции и патриотических начал, видит личностный смысл в защите Отечества, проявляет согласованность внутреннего содержания когнитивной сферы, эмоционально мобилизован и настроен на позитивный исход участия в боевых действиях, тем в меньшей степени нарушается логика в восприятии происходящего, как следствие, не нарастают внутренние противоречия между имеющимся и новым опытом.

Профилактическое влияние на развитие аффективной дезорганизации, проявление эмоционального дисбаланса и негативных эмоций оказывает выраженность «Самоконтроля» (R_s=-0,317; р≤0,05).

Таблица 1 – Корреляционные связи в системе «Моральная травма – Личностный выбор участия в добровольчестве»

Шкала	Конфликт восприятия (МТ)	Кризис убеждений (МТ)	Аффективная дезорганизация (МТ)
MSb (ЛВ)	-0,481^**	-	-
IWv (ЛВ)	-	0,334^*	-
EPC (ЛВ)	-0,346^*	-	-
ESt (ЛВ)	-0,320^*	-	-
SCt (ЛВ)	-	-	-0,317^*
EVt (ЛВ)	-	-0,551^**	-

Примечание (приводятся только статистически значимые сведения): MSb – «идейность»; IWv – «целостность мировоззрения»; EPC – «экстремальная перцептивная конгруэнтность»; ESt – «эмоциональная стеничность»; SCt – «самоконтроль»; EVt – «экстремальная жизнеспособность»; ^* – уровень значимости р≤0,05; ^** – уровень значимости р≤0,01.

Принципиально неожиданными явились некоторые результаты анализа корреляционных связей показателя «Кризис убеждений». Так, если отрицательная взаимосвязь указанного показателя с характеристикой «Экстремальная жизнеспособность» (R_s=-0,551; р≤0,01) была ожидаема, то положительную взаимосвязь с «Целостностью мировоззрения» (R_s=0,334; р≤0,05) прогнозировать было сложно. Можно заключить, чем более сформированной, целостной и гармоничной является система взглядов, смыслов, оценок, моральных принципов субъекта, тем в большей степени происходит трансформация его ценностей, идеалов, веры и т.п. под воздействием экстремальной обстановки жизнедеятельности. Подобный частный вывод обращает внимание на необходимость совершенствования мер психологической поддержки добровольцев с разной мотивацией выбора соучаствующей деятельности.

Исследование влияния личностного выбора участия в экстремальном добровольчестве на проявление моральной травмы у участников СВО было продолжено с опорой на линейный регрессионный анализ, по результатам которого определены параметры семи прогностических моделей (табл. 2). Хорошее качество показали такие модели оценки проявлений моральной травмы у экстремальных добровольцев, как: «Конфликт убеждений» (детерминация 67,7%), «Конфликт восприятия» (56,4%), «Аффективная дезорганизация» (48,1%). Иные линейные модели можно рассматривать как ориентировочные (детерминация составляет менее 25,0%).

Таблица 2 – Параметры линейных регрессионных моделей оценки проявлений моральной травмы у экстремальных добровольцев

Шкала	КВ	КУ	АД	ДП	СС	РС	РД
Const	9,150	6,811	6,703	5,324	5,070	4,982	5,119
MSb (ЛВ)	-0,268	-	-	-	-	-	-
IWv (ЛВ)	-	0,174	-	-	-	0,087	-
CTh (ЛВ)	-0,141	-0,107	-	-	-	-0,116	-
EPC (ЛВ)	-0,198	-	-	-	-	-	-
ESt (ЛВ)	-0,204	-	-0,110	-	-	-	-
SCt (ЛВ)	-	-	-0,185	-	-0,095	-	-
EVt (ЛВ)	-	-0,353	-0,122	-	-	-	-
SOr (ЛВ)	-	-	-	-0,098	-	-	-
Rel (ЛВ)	-	-	-	-0,104	-	-	-0,099
Det, %	56,4	67,7	48,1	23,5	16,0	19,1	9,7

Примечание (приводятся значения нестандартизированных весовых коэффициентов линейных уравнений при p≤0,05): КВ – «конфликт восприятия»; КУ – «кризис убеждений»; АД – «аффективная дезорганизация»; ДП – «дисфункциональные паттерны»; СС – «соматизация стресса»; РС – «разрыв самоидентичности»; РД – «ролевая дезинтеграция»; Const – свободный член линейного уравнения; MSb – «идейность»; IWv – «целостность мировоззрения»; CTh – «критичность мышления»; EPC – «экстремальная перцептивная конгруэнтность»; ESt – «эмоциональная стеничность»; SCt – «самоконтроль»; EVt – «экстремальная жизнеспособность»; SOr – «самоорганизованность»; Rel – «надёжность»; Det – коэффициент детерминации модели.

Линейные модели в большей степени согласуются с результатами корреляционного анализа, но несколько расширены в предикторах. Так, в моделях оценки «Кризиса убеждений» и «Конфликта восприятия» значимым аргументом оказался также и параметр «Критичность мышления». В обеих моделях весовой коэффициент имеет отрицательное значение, что позволяет утверждать: «Чем в большей степени субъект склонен не принимать за единственно верную не подтвержденную информацию, ориентирован на сомнения и анализ проблемного поля, тем в меньше вероятность возникновения моральной травмы в форме конфликта восприятия и кризиса убеждений».

Модель оценки проявлений аффективной дезорганизации дополнена двумя аргументами – «Эмоциональная стеничность» и «Экстремальная жизнеспособность». Соответствующие весовые коэффициенты имеют отрицательные значения, что подтверждает протективность влияния указанных характеристик личностного выбора участия в СВО.

II. Оценка различий в проявлениях моральной травмы у экстремальных добровольцев с разной степенью выраженности личностного выбора. Из общей выборки исследования были выделены две контрастные группы: 1) добровольцы с выраженной мотивацией участия в СВО (29 чел.), 2) добровольцы с прагматическим или индифферентным выбором участия в СВО (26 чел.). Критерием разделения выборок выступил интегральный показатель личностного выбора соучастия в экстремальном добровольчестве (методика ЛВ).

Контрастные группы во многом были предопределены категорией респондентов: в группе 1 оказалось 27 гражданских добровольцев и 2 бывших осужденных; в группе 2 – 1 гражданский доброволец и 25 бывших осужденных. Подобный частный результат указывает на то, что в большинстве своем гражданские лица проявляют идейность, гражданственность, просоциальную ответственность при принятии решения об участии в СВО, а у бывших осужденных выражен прагматический выбор (а основном – погашение судимости). Полученные данные соответствуют сведениям, приводимым в исследованиях А.А. Алаудинова [1] об идеологии участия в вооруженном конфликте, О.А. Козиной [8] о мотивах освобождения от уголовной ответственности и наказания в период военного положения, Е.В. Ишковой [5] о направленности на волонтерскую деятельность.

Установлено, что статистически значимые различия в группах добровольцев с разной степенью выраженности личностного выбора участия в СВО выражены по следующим проявлениям моральной травмы: «Конфликт восприятия» (U=239,5; р=0,011), «Кризис убеждений» (U=255,5; р=0,041). Можно предположить, что при столкновении с морально травмирующей обстановкой добровольцы с идейным личностным выбором в большей степени подвергаются негативному воздействию, чем добровольцы с прагматическим или индифферентным выбором. Возможно, респонденты группы 2, которые представлены преимущественно бывшими осужденными, в своей предшествующей жизни чаще сталкивались с ситуациями морально-этического конфликта и психотравмирующими событиями, как следствие, более резильентны к некоторым проявлениям моральной травмы (в части восприятия происходящего и его согласования с ценностно-смысловой сферой личности).

Таблица 3 – Оценка различий в проявлениях моральной травмы у экстремальных добровольцев с разной степенью выраженности личностного выбора

Шкала	Группа 1	Группа 2	U	p
КВ	6,45±2,11	3,76±1,94	239,5	0,011
КУ	5,81±2,30	3,22±1,25	255,5	0,041
АД	4,34±1,99	5,20±2,64	339,0	0,516
ДП	3,50±1,25	3,98±1,50	374,0	0,971
СС	5,02±2,37	4,61±1,97	370,5	0,968
РС	2,66±1,04	3,40±1,38	322,0	0,348
РД	3,18±1,73	3,64±1,77	364,0	0,950

Примечание: КВ – «конфликт восприятия»; КУ – «кризис убеждений»; АД – «аффективная дезорганизация»; ДП – «дисфункциональные паттерны»; СС – «соматизация стресса»; РС – «разрыв самоидентичности»; РД – «ролевая дезинтеграция».

Выводы. Исследование подтвердило наше предположение о том, что проявления моральной травмы у экстремальных добровольцев зависят от степени выраженности характеристик личностного выбора участия в СВО. Моральная травма в наибольшей степени проявляется в форме кризиса убеждений и конфликта восприятия. Показано, что характеристики личностного выбора оказывают протективное влияние на генерализацию моральной травмы. В первую очередь, это: «Идейность», «Экстремальная перцептивная конгруэнтность», «Эмоциональная стеничность», «Самоконтроль», «Экстремальная жизнеспособность», «Критичность мышления». Особое влияние оказывает показатель «Целостность мировоззрения», вызывая дополнительное психическое напряжение у субъекта, трансформацию ценностей, идеалов, смыслов существования, моральных принципов и т.п.

Результаты исследования позволяют уточнить новое направление психологической поддержки, сопровождения и помощи экстремальным добровольцам, а именно – преодоление моральной травматизации участников боевых действий. В работе следует учитывать то обстоятельство, что экстремальные добровольцы – это в недавнем прошлом гражданские лица, выбор участия в СВО которых полимотивирован. Добровольцы, как правило, априори недостаточно резильентны к действию факторов моральной травматизации. Именно поэтому на первый план перспективных научных исследований и практической деятельности должны быть вынесены вопросы не только психологической реабилитации, но и проблема моральной травматизации экстремальных добровольцев.

References

1. Alaudinov A.A. Rol' chastnyh voennyh kompanij i dobrovol'cheskih formirovanij v voennom konflikte na Ukraine kak chasti gibridnoj vojny kollektivnogo Zapada protiv Rossii // Gosudarstvennoe upravlenie. Elektronnyj vestnik [The role of private military companies and volunteer formations in the military conflict in Ukraine as part of the hybrid war of the collective West against Russia // Public Administration. Electronic bulletin]. 2024. № 107. pp. 115-134. DOI:https://doi.org/10.55959/MSU2070-1381-107-2024-115-134. (in Russian)

2. Vedernikov G.A. Etika vojny i moral'naya travma. Analiz lichnogo moral'nogo opyta veteranov Afganskoj i chechenskoj vojn // Obshchestvo: filosofiya, istoriya, kul'tura [Ethics of war and moral trauma. Analysis of the personal moral experience of veterans of the Afghan and Chechen wars // Society: philosophy, history, Culture]. 2022. № 12. pp. 55-63. DOI:https://doi.org/10.24158/fik.2022.12.8.(in Russian)

3. Goncharova P.A., Trifonov V.A. Reabilitaciya voennosluzhashchih s posttravmaticheskim stressovym rasstrojstvom (PTSR) // Vestnik nauki [Rehabilitation of military personnel with post-traumatic stress disorder (PTSD) // Bulletin of Science]. 2025. T. 3. № 11 (92). pp. 1181-1193.(in Russian)

4. Ivanov A.L., Rubcov V.V., ZHumatij N.V., Davletshina M.V. Psihologicheskie posledstviya uchastiya voennosluzhashchih v boevyh dejstviyah v CHechenskoj respublike i ih mediko-psihologo-social'naya korrekciya // Konsul'tativnaya psihologiya i psihoterapiya [Psychological consequences of military personnel's participation in combat operations in the Chechen Republic and their medical, psychological and social correction // Consultative Psychology and psychotherapy]. 2003. № 11 (4). pp. 146-162.(in Russian)

5. Ishkova E.V. Psihologicheskie determinanty tipov napravlennosti lichnosti na volonterskuyu deyatel'nost': dissertaciya kandidata psihologicheskih nauk [Psychological determinants of the types of personality orientation towards volunteerism: dissertation of the Candidate of Psychological Sciences]. CHelyabinsk, 2024. 262 pp.(in Russian)

6. Kadyrov R.V., Dmitrieva O.B. Moral'naya travma: sovremennye podhody k opredeleniyu ponyatiya, etiologii, diagnostike i psihoterapii // Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta [Moral trauma: modern approaches to the definition of the concept, etiology, diagnosis and psychotherapy // Bulletin of Kemerovo State University]. 2021. T. 23. № 2. pp. 438-446. DOI:https://doi.org/10.21603/2078-8975-2021-23-2-438-446.(in Russian)

7. Karayani A.G. Boevoj stress: problemy opredeleniya i klassifikacii // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii [Combat stress: problems of definition and classification // Bulletin of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia]. 2024. № 1. pp. 254-264. DOI:https://doi.org/10.24412/2073-0454-2024-1-254-264.(in Russian)

8. Kozina O.A. Osobennosti primeneniya norm ob osvobozhdenii ot ugolovnoj otvetstvennosti i nakazaniya voennosluzhashchih v period mobilizacii i voennogo polozheniya // Gumanitarnye, social'no-ekonomicheskie i obshchestvennye nauki [Peculiarities of the application of norms on exemption from criminal liability and punishment of military personnel during the period of mobilization and martial law // Humanities, socio-economic and social sciences]. 2025. № 10. pp. 128-132. DOI:https://doi.org/10.24412/2220-2404-2025-10-12.(in Russian)

9. Lytkin V.M., Zun S.A., Kolodin S.N., YAtmanov A.N. Postboevye izmeneniya lichnosti u veteranov boevyh dejstvij // Psihologiya i psihotekhnika [Post-combat personality changes in combat veterans // Psychology and Psychotechnics]. 2024. № 4. pp. 83-99. DOI:https://doi.org/10.7256/2454-0722.2024.4.69677.(in Russian)

10. Petrov V.E., Sokolova A.A. Diagnosticheskaya ocenka stepeni vyrazhennosti moral'noj travmatizacii u predstavitelej silovyh vedomstv // Ekstremal'naya psihologiya v ekstremal'nom mire: Materialy IV nauchnogo foruma s mezhdunarodnym uchastiem. Moskva: Moskovskij gosudarstvennyj psihologo-pedagogicheskij universitet [Diagnostic assessment of the severity of moral traumatization among representatives of law enforcement agencies // Extreme psychology in an extreme world: Proceedings of the IV Scientific Forum with international participation. Moscow: Moscow State Psychological and Pedagogical University]. 2025. pp. 154-166.(in Russian)

11. Popova A.A., Vasil'kiv I.N., Savushkin V.V. Vazhnost' primeneniya psihotekhnologij v rabote rukovoditelya strukturnogo podrazdeleniya organov vnutrennih del // Sovremennaya nauka [The importance of using psychotechnologies in the work of the head of the structural unit of the internal affairs bodies // Modern Science]. 2023. № 1. pp. 49-53.(in Russian)

12. SHaranov YU.A., Dushkin A.S. Psihologicheskaya travmatizaciya sotrudnikov pravoohranitel'nyh organov, vypolnyavshih operativno-sluzhebnye zadachi v osobyh usloviyah // Prikladnaya yuridicheskaya psihologiya [Psychological traumatization of law enforcement officers who performed operational and official tasks in special conditions // Applied Legal Psychology]. 2023. № 2 (63). S. 26-38. DOI:https://doi.org/10.33463/2072-8336.2023.2(63).026-038.(in Russian)

13. SHepeleva V.V., Nesterenko O.B. Model' kliniko-psihologicheskogo soprovozhdeniya chlenov semej voennosluzhashchih, uchastvuyushchih v special'noj voennoj operacii // Vestnik nauki [A model of clinical and psychological support for family members of military personnel participating in a special military operation // Bulletin of Science]. 2024. T. 4. № 12 (81). pp. 1514-1521.(in Russian)

14. YAstrubenko O.A., Abdulaeva I.A., SHarbuzova H.A. Psihicheskoe zdorov'e voennosluzhashchih // Mirovaya nauka [Mental health of military personnel // World Science]. 2020. № 2 (35). pp. 265-270.(in Russian)

15. Frankfurt S., Frazier P.A. A review of research on moral injury in combat veterans // Military Psychology. 2016. Vol. 28. № 5. pp. 318-330. DOI:https://doi.org/10.1037/mil0000132.

16. Litz B.T., Stein N., Delaney E., Lebowitz L., Nash W.P., Silva C., Maguen S. Moral Injury and Moral Repair in War Veterans: A Preliminary Model and Intervention Strategy // Clinical Psychology Review. 2009. Vol. 29. Iss. 8. pp. 695-706. DOI:https://doi.org/10.1016/j.cpr.2009.07.003

Reviews

1. The influence of personal choice to participate in extreme volunteering on the manifestation of moral trauma in combatants Authors: Maltseva Tatyana

Confirmation

Регистрация